Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-66845 от 15 августа 2016 г. выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).

«Войска дяди Васи», «крылатая пехота», «голубые береты» - какими бы эпитетами не награждали десантников, во все времена неизменно оставались сила, мужество и надежность людей, живущих по принципу: «Никто, кроме нас!». Сегодня более миллиона россиян - и те, кто когда-то носил голубые береты и бело-голубые тельняшки, и те, кто на службе в Воздушно-десантных войсках сейчас, - отмечают свой профессиональный праздник.

Мы не могли остаться в стороне от этой знаменательной даты и побеседовали с одним из представителей котельниковского десантного братства. Знакомьтесь, Сергей Алексеевич КОСЕНЕВСКИЙ.


 

- Когда в 1983 году подошло время идти в армию, меня должны были отправить в очень значимое для города подразделение - 3-ю гвардейскую Котельниковскую танковую дивизию, - начал он свой рассказ. - Но благодаря случаю и собственной настырности я попал не в Витебскую область, а намного севернее - в Псковскую. Дело было так: на призывном пункте услышал, что мой одноклассник собирается в ВДВ. Думаю, а чего это я, такой сильный, спортивный, и, скажем честно, хулиганистый, в танкисты пойду? Подошел к штабному офицеру, так и так, говорю, хочу в ВДВ. Он удивился и спросил, что я умею делать, а услышав, что все, посмеялся. Потом погонял от души: заставил маршировать, подтягиваться… В общем, так мы вдвоем с одноклассником и уехали в учебку в город Каунас. Помню, недопонял название и написал родителям в телеграмме, что буду служить в городе Какунас. Вот они удивились!

Через полгода определился со специальностью - захотел стать механиком-водителем, благо, что уже были водительские права. Жаль, что на этом этапе наши пути с одноклассником разошлись: нас отправили в разные войсковые части.

Служить Сергею  нравилось. Ему отлично давались нормы физо, хорошо усваивались знания , а по-другому и быть не могло, потому что блоки боевой, огневой и строевой подготовки повторялись в течение службы.

- На моем счету 21 прыжок, - продолжает С. Косеневский. - Первый, как и водится, был «комом» и едва не стал последним, если бы не прибор, выпускающий парашют. Нас хорошо готовили, тщательно проверяли экипировку, но прыгать, конечно, было страшно. Этот шаг из маленького «кукурузника» в неизвестность… Всего 800 метров над землей, минуты три в полете, но все же. Помню, выпрыгнул, согнувшись и зажмурившись, слышу вокруг себя рев самолета и визг сирены, потом звуки стали тише - только щелкал прибор, а затем, когда раскрылся купол парашюта, наступила звенящая тишина. Вот тогда я и открыл глаза, огляделся - живой! И практически сразу же приземлился, больно ударившись оземь. Это потом бывалые сослуживцы рассказали секрет мягкой посадки - нужно всего лишь верно направлять задние стропы, тогда и сядешь, как с табуретки. Однажды я, уже практически дембель, с семнадцатью прыжками за плечами, чрезмерно увлекся таким управлением и едва не поплатился за это. Хотел схитрить: чтобы не бежать к своим (а делать это надо на время, чтобы не наказали марш-броском), решил спланировать поближе к месту сбора. И додергался стропами своего Д-5 до того, что купол начал схлопываться и уже наполовину сложился. Хорошо, десантирующиеся сверху ребята вовремя заметили и подали сигнал, успел вырулить. И больше так не делал. Уж лучше добежать, чем разбиться.

Вообще, забавных историй с прыжками много. Было дело, слишком рано дернул за кольцо, пока раскрывался парашют, ногами оказался на куполе другого бойца. Разошлись не сразу, пришлось понервничать, координируя действия. Но за кольцо дергать перестал, доверял прибору, чтобы не было схождений. А как-то раз мне попался бракованный парашют.  Как всегда положился на прибор, и вот он дал сигнал, что сработал, а замок не открыл, купола нет! Лечу в свободном падении, в голове свистит ветер, в панике дергаю кольцо… В общем, и жизнь перед глазами пронеслась, и земля уже рядом… Открылся парашют, приземлился нормально. Собираю купол, и тут ко мне на полной скорости несется машина, фельдшер начал тут же осматривать. Оказалось, в полете рассек себе щеку и даже не заметил, так хлестал адреналин. Зато хоть раз не шел пешком к месту сбору, а доехал на машине. Купол потом списали.

Неотъемлемой частью жизни десантника являлись учения. Они были максимально приближены к настоящим боевым условиям. Переговоры по рации, установка и поражение целей, быстрое передвижение по лесам… Очень интересно!

- В армии  научился стрелять, управлять различной самоходной техникой, - делится Сергей Алексеевич. - С этим тоже связана курьезная история. Я уже стал замкомвзвода, много времени проводил на лекциях, но также нужно было уметь управлять самоходкой, иметь определенное количество часов вождения. У нас это были самоходные артиллерийские установки СУ-85, относящиеся к классу истребителей танков. Здоровая такая махина, больше шести метров в длину, а окошко для обзора маленькое. Еду я по псковскому лесу, и вдруг замечаю на дороге бревна. Много так, щедро раскиданы. Откуда, думаю, они тут взялись. Снаружи на корпусе самоходки уютно расположились дембеля…  Вдруг чувствую  сильный толчок в спину. Оборачиваюсь, а это один из них внутрь упал. Другие попросту спрыгнули с машины - это я, горе-водитель, недооценил габариты СУшки, все время смотрел вперед, берег ее ствол… И не заметил, как задом свалил несколько деревьев! Треска не слышал, потому что надел танковый шлемофон. Вот оттуда и бревна, я ж не один такой замечательный был.

Что дала служба в армии сержанту Косеневскому? По его словам, именно здесь он действительно повзрослел и изменился. Например, стал разговаривать со всеми на «вы», даже с ровесниками. И до того привык жить по уставу, что, демобилизовавшись, даже не верил, что сможет, например, сесть и сидеть на лавочке столько, сколько захочется, ведь он уже сам мог принимать решения.

- К концу службы я уже был врио старшины батареи, меня оставляли, сулили неплохое будущее, - говорит Сергей Алексеевич. - Но очень хотел повидать родных. Обещал подумать и, если что, вернуться. Так и не вернулся. Иногда жалел, но нашел себя и на гражданке.

Устроился на завод, женился. Стал отцом двоих детей, а затем и дедушкой пятерых внуков. К слову, мой сын Александр грезил о службе в ВДВ и в итоге служил там же, где и я. В «войска дяди Васи» попал и племянник Станислав. Потом, как мы надеемся, такую небольшую десантную династию продолжит мой внук Сережа. Любовь к этому виду войск и бело-голубой тельняшке у нас, можно сказать, уже в крови.

Анастасия ЛОМАЕВА

Фото из семейного архива С. КОСЕНЕВСКОГО

1
Свежее видео
Наши партнеры
4
2
3
5
6